Дети могут программировать!

История основания и развития международной школы программирования CoddySchool
  • 01.06.2020
  • 602
  • 0

Международная школа программирования CODDY была основана в 2016 году. Идея бизнеса родилась благодаря удивительному стечению обстоятельств. В 2015 году Оксана Селендеева была в декретном отпуске, и ей захотелось реализоваться – основать стартап. Но она тогда толком и не знала, что это такое. О дальнейшем развитии событий, основании и развитии школы, а также о проблемах, ошибках и планах на будущее Оксана откровенно рассказала в интервью «Жажде».

Предпосылки создания школы

Первые полгода я провела в мытарствах. Связывалась со своей подругой Марией Самариной, которая жила в Силиконовой долине, рассказывала ей свои идеи, она их критиковала, я ей снова рассказывала, она снова критиковала. И так далее. Я даже на момент отчаялась и решила, что ничего не получится. Подумала, что вернусь обратно в «Сбербанк», где была директором по маркетингу в московском офисе.

Потом мы с моей подругой Таней открыли свою MICE-компанию. Организовали 50/50, как два соучредителя. Мы развивали бизнес, участвовали в тендерах – дела шли в гору. Но мне не было интересно, потому что я побывала и на месте клиента, и на стороне агентства. Для меня это был пройденный путь – ничего нового я не испытывала. А деньги не могут так «торкать», меня по крайней мере.

Работая в MICE, я занималась брендингом, в том числе созданием логотипа и сайта для компании. И судьба свела меня с Дмитрием Билашем, разработчиком сайтов, который еще помимо этого занимался машинным обучением (я тогда вообще не знала, что это такое). И мы как-то с ним в ночи стали беседовать на разные темы.

Он случайно рассказал историю о том, что его знакомый программист, который в Штатах зарабатывает нехилые деньги – 950 долларов в час, приехал на год обратно в Россию. В свою глубинку, где все пьют и никакого будущего нет. И он там организовал группу из 15 детей и обучал их программированию в течение года. И детишки преуспели в этом – один стал делать приложения, другой – игры создавать. Я тогда очень удивилась: «Дети? Серьезно? Это же сложно!» А он так уверенно сказал: «Дети могут». И меня это очень сильно восхитило.

Сам формат с модульной системой подсмотрен в Сан-Франциско. Это тоже случайный разговор с Анной, бывшей коллегой мужа, которая приютила нас в своем доме. Мы там многое обсуждали, в том числе образование, – и она рассказала про детей босса, которые учатся в частной школе, где эта система внедрена. Там стандартный пул предметов плюс можно выбирать современные востребованные курсы, самостоятельно формируя программу. Поэтому дети уже в школе получают конкретные навыки и сами знают, куда поступить.

Все эти факторы и привели к созданию CODDY. То есть это не из серии, что я проснулась в один день и меня осенило. Больше всего, конечно, повлиял Дима Билаш, который поделился реальной историей о том, что дети так могут. Благодаря ему я поняла, что меня вдохновляют технологии и я бесконечно сильно верю в потенциал детей. Помню, еще по Skype ему сказала: «Дима, я хочу этим заниматься». И он один из первых ответил: «Давай, я тебя поддержу». Хотя мы даже в глаза не видели друг друга ни разу.

В поисках вдохновения для названия я исколесила множество американских, британских и европейских сайтов. Поняла, что корень слова должен быть связан с программированием – «code» на английском. А так как я все время думала о детях, то обратила внимание на уменьшительно-ласкательное окончание «y». Как, например, в словах «puppy» или «daddy».

Помню, шла в садик за дочкой и мы тогда с Димой созвонились по поводу нейминга. Говорю: «Дима, ну что, придумал? Есть варианты?» – «Есть!» И мы одинаково произнесли слово «CODDY»! Невероятное совпадение!

Кстати, когда гуглила и смотрела на американские «coding classes», то еще не было сочетания «coding school». Словосочетание «школа программирования» я придумала. Если говорить о смысле словосочетания, то я хотела именно школу – много уровней, предметов и курсов, как в той школе в Сан-Франциско. А сейчас любая компания, у которой несколько курсов, называет себя школой программирования. Они не школа программирования – они кружок.

Первые шаги

Изначально создание CODDY было некоммерческой идеей. Я хотела сделать проект бесплатным для людей, как в Кремниевой долине – когда IT-компании спонсируют такие организации, и дети занимаются бесплатно. Я верила в идею про детей и технологии. Думала: если прогорит и в минус будет, то что я потеряю? Ну что?

Первый месяц я долбилась в стену. Писала знакомым и незнакомым в Linkedin – связывалась с различными директорами и владельцами IT-компаний, людьми, которые чем-то важным занимаются в IT. У меня даже была анимированная презентация, которую я сама сделала. Я писала, что детей нужно учить бесплатно, что цифровая грамотность и технологии – это важно.

Но абсолютно каждый говорил: «Вау, классная идея, но мы пас». И понятно почему, даже сейчас у IT-компаний нет сильной заинтересованности в маленьких детях, ведь очень невелик шанс, что они пойдут работать именно к тебе. Поэтому они больше продвигают тему со студентами. «Яндекс» – яркий пример, который делает все, чтобы в глазах студентов выглядеть круче и хантить лучших игроков с рынка.

Поэтому мне все постоянно говорили: «Нет». Море слез было пролито, потому что мотивации не хватало. И два человека, которые говорили, мол, ничего, пробуй еще, и как-то подбадривали, – это Дима Билаш и мой муж. Я им даже рассказывала про какие-то маленькие успехи, что мне кто-то ответил, что я вот обсуждаю с такой-то компанией. Был процесс, но не результат.

Потом я написала Гору Нахапетяну. Он был управляющим директором в «Тройке Диалог», потом перешел в «Сбер», и плюс он весь про бизнес, про инвестиции. Я рассказала ему о своей идее в Facebook. И он мне ответил, что она классная, но не надо делать ее бесплатной, потому что альтруизм рано или поздно закончится у тех же компаний.

И тогда я засела за финансовую модель. В первую очередь посмотрела, что есть на рынке, какая цена у всяких кружков. Средняя цена в Москве была – 4000-4500 рублей в месяц. И мы в CODDY начали с 4000 рублей за 4 занятия в месяц по 3 часа – эта цена была с марта по сентябрь 2016 года. Сейчас мы поставили цену 6000 – потому что иначе работали в ноль, если не в минус. Занятия теперь идут 2 часа – оптимально и для детей, и для нас.

Я долго думала над финмоделью, и всё она у меня не складывалась – давила аренда, которая в Москве стоит космических денег. Я думала, что бы сделать такого, чтобы она как-то минимизировалась. И тут наложилась моя изначальная идея – сделать все бесплатным. Я решила предложить компаниям заниматься в их офисах. Ведь в выходные в переговорных никого нет, а все, что нам нужно, – переговорные.

В них IT-атмосфера – столы, мониторы, флипчарты. А для детей побывать в стенах настоящей крутой IT-компании – вау-момент. Да и для многих сопровождающих взрослых – тоже. И тут как раз получается, что я не прошу денег, которых просила раньше. Нужны только переговорки в те дни, когда они ими не пользуются. И тогда я написала в Linkedin, что ищу партнеров для запуска школы программирования.

На этот пост многие отзывались. Но только 2 компании пригласили на встречу – международное digital-агентство Actis Wunderman и российский IT-интегратор IBS. В Actis Wunderman презентовать проект я пошла одна. Помню: справа и слева сидело по 4 человека и слушали меня настолько безэмоционально, что когда они согласились, то я своим ушам не поверила! А на встрече в IBS мне HR-директор и по совместительству заместитель генерального директора сказал, что уже пробовали и не зашло. Мол, посмотрим, получится ли у тебя.

И вот тогда мы поставили ценник в 4000 рублей и вышли в ноль, не считая инвестиций, которые мне обеспечил муж. И он не дал деньги, а оплатил расходы – видеоролик, значки с именами для детей, сертификаты, листовки, шарики, какие-то вещи со стороны агентств (по привычке пользовалась их услугами, ведь раньше в корпорациях работала). Вроде по мелочам, но где-то 200 тысяч рублей он оплатил.

Сначала людей, которые что-то организовывали, было всего двое – я и моя приятельница Ирина Герасимова, которая возглавляла маркетинг «Mercedes-Benz Беляево» и тоже тогда была в декретном. И она решила помочь – поработать менеджером по работе с клиентами. На ней были приходы-уходы, запись, общение с преподавателями, выстраивание отношений. Помню, как отдавала ей первую выручку. А в один из месяцев было 50 тыс. рублей заработка, и я их все отдала Ирине. Для меня это было важно, потому что она одна из первых в меня поверила и тоже в это все полезла.

Этапы развития школы

Первый год – жесть. Хождение по мукам. Как ловить черную кошку в черной комнате. Потому что смотреть было не на кого, мы были первопроходцами. Сколько времени проводить занятия? Как это продвигать? Где искать людей? А какие программы создавать? А почему именно они зайдут детям? А как протестировать? Мы ничего не знали.

Даже в Штатах тогда были только базовые-базовые курсы – в основном Scratch. Помню, мы добавили Python, и это было достижение – ни у кого из иностранцев не было его. Он активно развивался, но никто детям его тогда не давал, хотя сейчас кажется, что это норма.

То же самое с курсом по видеоблогингу. Помню, как долго и мучительно он рождался. Я боялась хейтеров со стороны родителей, мол, скажут: дети и так в соцсетях и на YouTube кучу времени проводят. Но я также понимала, что это новые медиа. Весь мир туда переместится. И мы решились – мы первые, кто его запустил.

Если сравнивать начало пути и сегодняшний день – стало увереннее и понятнее. Теперь мы международная компания, наши филиалы есть в 124 городах в 8 странах мира. Ну и, конечно, сейчас много ресурсов идет на масштабирование, взаимодействие с франчайзи, автоматизацию и стандартизацию процессов, которые в течение первого года были в зародыше. А трендсеттерами мы остаемся до сих пор – постоянно разрабатываем новые курсы, придумываем идеи партнерств и активностей.

Особенности бизнеса

Мы фокусируемся на четырех направлениях, но больше из них развиваем два. Первое – программирование и все, что с ним связано: сайты, игрушки, приложения, чистый код, олимпиадное программирование и так далее. Второе – дизайн: моушн, Photoshop, Illustrator, скетчинг и так далее. Мы хотим, чтобы дети могли самовыражаться не только за счет кода, но и с помощью других диджитальных инструментов.

Почему эти два направления основные? Программист и дизайнер работают в общей сцепке, их разделять не нужно – не существует проектов без их участия. Мы открываем Word – видим работу дизайнера. Открываем Skype – видим работу дизайнера. Это то, с чем в первую очередь сталкивается потребитель. А когда он начинает взаимодействовать с интерфейсом, то включается работа программиста.

Третье – soft skills. Любой специалист должен грамотно коммуницировать с командой. Поэтому у нас есть курс «Дизайн-мышление», который учит, как правильно думать. Есть курсы по интернет-предпринимательству. Есть ораторское и актерское мастерство, чтобы дети дополнительно раскрывались, познавали себя.

Четвертое – кибербезопасность. Это смесь видов программирования и компьютерной грамотности. Сейчас нужно уметь защищать все, что тебе принадлежит. Ведь в интернет-пространстве могут похитить не просто твои фотографии, но и более важные данные. Поэтому есть люди, которые называются этичными хакерами. Они как полицейские в мире IT – находят уязвимости, борются со злоумышленниками. И мы учим этому детей.

Что касается уникальных предложений, то первая наша гордость появилась в 2017 году – мы адаптировали гарвардский курс CS50 для детей. Официально – можно проверить на сайте Гарварда. После этого мы адаптировали для детей стэнфордский курс по Swift. Уже второй год как появились совместные курсы с ВМК МГУ. Первый – создание чат-ботов на Python, второй – создание web-приложений на Python, более сложный.

С прошлого года мы создаем совместные курсы с компаниями. У нас два курса с компаний Acer, разрабатываем курс с Wacom, с компанией GlowByte – по машинному обучению, совместный курс с «Кодвардс». То есть мы стремимся к тому, чтобы разрабатывать курсы в партнерстве с крупными компаниями, чтобы детские проекты были адаптированы к реалиям и внедрены, а не остались прототипами «на бумаге». Чтобы была и командная работа, и защита проекта, и жюри. И сам проект создавался не «по приколу», а решал какую-то социальную и коммерческую задачу.

Я сторонник бирюзовой организации команды, когда нанимаешь профессионалов и не надо заниматься микроменеджментом. Каждый должен чувствовать, что он не винтик в большом механизме, а от него что-то зависит. И я не беру людей со стороны на профессиональные высокоуровневые задачи. Я их ращу изнутри.

Об ошибках, продвижении и целевой аудитории

Я ошибки специально не выделяла, тут, скорее, что бы я в настоящем посоветовала себе в прошлом. Первое – следить за статистикой и как можно раньше внедрять аналитику. Аналитику количественную, численную, процентную, в сравнениях и так далее. Второе – как можно раньше заводить CRM-ку. Третье – побольше стандартизировать процессы. И глобально – надо доверять и одновременно не доверять людям.

Что касается рекламы, то сначала мы продвигались за счет «сарафанного радио». Сайт появился поздно, денег на рекламу не было – поэтому никакого SEO, контекста, соцсетей. Компания раскручивалась из уст в уста. За счет личного бренда, то есть меня как топ-менеджера в «Сбербанке», и за счет Linkedin, пока его не закрыли. Сейчас в качестве инструментов продвижения используем почти все, кроме YouTube.

Наша целевая аудитория – родители, которые плотно занимаются вопросами образования детей, на «ты» с технологиями. Они сами понимают, для чего нужно учить программированию. Также есть и те, кто хочет решить проблему гаджетомании, направив ребенка «в нужное русло».

О ситуации с коронавирусом и планах на будущее

В конце марта отток учеников составил 0,6%. Но в апреле произошел рост: на 14,58% по отношению к марту и на 62% по отношению к апрелю прошлого года. Количество групповых занятий в апреле уменьшилось по сравнению с мартом на 20,62%. Но вместе с тем увеличилось число персональных онлайн-занятий – на 128,89%. Общая выручка CODDY с переходом в онлайн сократилась на 19,46%.

Основных причины две – не у всех дома есть интернет и компьютер для ребенка, многие родители потеряли работу или экономят из-за страха остаться без денег.

Программы, продолжительность занятий, расходы и, соответственно, цены не изменились. Но для комфорта родителей теперь можно оплачивать занятия разово: 750 рублей – занятие в мини-группе, 1000 рублей — индивидуальное.

Что касается планов на будущее, то у меня две основные цели в порядке приоритетности:

  1. Растить команду.
  2. Растить масштаб вглубь и вширь.

Главная ценность – люди, с которыми я работаю. Не которые НА меня работают, а С которыми я работаю. Мне важно, чтобы они росли, потому что благодаря их росту расту я. А все остальное, все награды, масштабирования – вытекающие последствия. Конечно, в первую очередь для меня важно развитие преподавателей, потому что это напрямую отражается на детях.

CoddySchool в цифрах и фактах

Год основания: 2016.

Начальные вложения: около 200 тысяч рублей.

Стоимость занятий: 6000 рублей в месяц.

География распространения: филиалы в 124 городах в 8 странах мира.

Средний чек (на 2019 год): 5900 рублей.

Количество учеников по Москве: в среднем 1200 учеников в месяц.

Сезонность бизнеса: CODDY работает круглогодично. Самые посещаемые месяцы – сентябрь, ноябрь, март. Наименее посещаемые – декабрь, май, август.

Сайт: coddyschool.com

Сергей Мельников

Сергей Мельников

Обозреватель «Жажды»

Вверх
Сделать сайт лучше